Глава тридцать шестая

О необходимости неутомимого прилежания в достижении добродетелей

 

Для достижения предлежащей нам цели на сем духовном пути, нужно неусыпное старание о неослабном продолжении оного. Ибо, естьли кто хотя на самое малое время остановится, то вдруг вспять обратиться принужден будет. Поелику когда мы престаем исполнять добрые дела, то непременно, по нападению естественных склонностей или другим каким причинам, восстанут в нас неприличные страсти, которые, естьли не будут укрощены, весьма опятнают наши добродетели, приобретенные с великим трудом, и чрез то мы лишимся той благодати, которую бы имели, шествуя по духовному пути. 

Сие духовное путешествие весьма много различествует от обыкновенного странствования. Ибо в последнем хотя и приостановится путешественник, однако чрез то не потеряет нимало того пути, которой он уже прошел, а тот, который шествует по пути духовном, хотя бы и на краткое время остановился, уже весьма много потерять может. 

У человека, странствующего на земле, от беспрестанного путешествия изнемогают силы, и он ослабевает, но в духовном путешествии, чем кто далее шествует и не останавливается, тем вящую крепость и бодрость приобретает. Ибо чрез неослабное упражнение в добродетелях чувственность наша, преграждающая и трудным делающая духовный путь, от времени до времени более истощает силы свои, а разум и душа тем получают крепость и мужество. Потому когда мы продолжаем свой подвиг в добродетелях, то трудности и неудобства, встречающиеся при всяком добром деле, остаются побежденными и тайное некоторое удовольствие, в тех угнетениях и бедствиях находящееся, всякий день возрастает и увеличивается. 

Таким образом, с большею удобностию и удовольствием, преходя от одной добродетели к другой, достигнем высочайшей степени совершенства. И когда уже душа, возрастая в совершенстве, без досады все с приятностию производить станет, преодолев непокорные страсти свои, то, пред прочими всеми тварями и самой собою превознесшись, начнем блаженную жизнь под благословляющею десницею Высочайшего Существа. 

 

Глава тридцать седьмая

О неопущении никаких случаев, служащих к исполнению добродетели, поколику должно быть постоянным в совершенствовании себя

 

Показал я тебе, что при стремлении к совершенству нет места медлительности, но еще теперь напоминаю о неупущении ни единою случая к добродетелям. 

Безрассудно делают те, которые стараются разными образами сколько возможно избегать прогивносгей, укрывая себя от противных приключений, которые к счастливому успеху поспособствовать могут. Пристойно ли желающему приобресть добродетель терпения, неправильным образом убегать сообщества людей или дел или таковых разговоров, которые причиняют тебе досаду? Неприлично также удаляться обращения и с таковыми людьми, которые тебе неприятны, но надобно всегда к тому привыкать, принуждая себя к обхождению с теми, к которым ты чувствуешь в себе отвращение. В таком случае нужно иметь волю, готовую к понесению всяких досад, хотя бы оные были без причины и несносны, которые с тобою случаться могут, ибо иначе никогда не приобретешь добродетели терпения. 

Подобным образом, естьли тебя смущает какая-либо забава сама по себе или по одобрению другого или она тебя не допускает до другой забавы, которая тебе гораздо приятнее, то не допускай себя до того, чтоб она тебя еще более возмущала, хотя бы тебе казалось, что ты в желаемой забаве можешь снискать все спокойствие, естьли сию оставишь, ибо ты таким образом никогда не научишься терпению, и оное мнимое твое спокойствие не может быть справедливым, понеже оно происходит не от освободившегося от страстей и укрощенного добродетельми сердца. 

Сие самое можно сказать и о неприятных мыслях или чувствованиях, которые тебе наносят скуку, тягость и досады. Ибо и их вовсе отвергать не должно, поелику чрез огорчения и досады, которыми они тебя обременяют, научишься сносить всякие противности. Кто тебе противное сему утверждает, тот более научает удаляться от тех противностей, которые ты сносишь, нежели приобретать вожделенные добродетели. 

Правда, что человеку, нововступившему в сию духовную брань, нужно мужество и помощь, чтобы предаться надлежащим образом при встретившемся случае разным трудностям, а иногда бы оных и удаляться более или менее по возможности сил своих. 

Однако никто не может избежать и укрыться от всякого и малейшего случая к досадам. Ибо хотя и удастся избежать какого вреда, но после случится подпасть большей опасности и сильнейшему раздражению нетерпеливости, особливо когда кто не вооружен и не укреплен упражнением, которое противно страстям. 

 

Глава тридцать восьмая

О том, что должны для нас быть приятны и любезны все случаи к приобретению добродетелей, а особливо приносящие с собою великие неудобства

 

Не довольно того, чтоб не убегать случаев, противных встречающихся на пути искателю добродетели, но паче надлежит принимать оные с удовольствием, более всех приемля те, которые противны испорченной твоей воле и чувствам. 

А сие ты, с помощию Божиею, соделаешь тогда, когда токмо будешь хранить следующие два пункта: 

1. Поелику таковые случаи суть средства, наивяще способствующие к приобретению добродетелей, то, когда только просишь Господа Бога внутренно о ниспослании тебе святой добродетели, тайно моли Его и о таковых приключениях, а без сего прошение твое будет тщетно и суетно, которым ты и сама себе противоречишь и искушаешь Бога твоего. Ибо Господь Бог не благоволит подавать добродетели терпения без искушений, так же как и смирения без поруганий. То же можно заключать и о других добродетелях, которые также чрез разные искушения приобретаемы бывают, они-то и нам много споспешествовать могут к нашему намерению; и потому оное тем для нас быть может приятнее, чем тягостнее исполнять его, ибо дела, производимые нами в таковых трудных обстоятельствах, сильнее и крепче бывают, пролагая нам удобную и благоуспешную стезю к добродетели. 

Не считай сего за маловажное и не теряй без пользы и малых случаев, каковы суть, поношение, бранные слова и язвительные. Ибо сии действия нередко случаются, хотя они не столько сильны и чувствительны, как те, которые с большею гораздо трудностию отправляемы бывают. 

2. К приобретению того, о чем мы ныне говорим, надобно принять во уважение, что всякое приключение заключает в себе добро, которое мы должны употребить в свою пользу. 

И хотя нельзя сказать о некоторых случаях, равно как и о пороках и слабостях наших, о чем выше сказано, чтобы оные происходили от Бога, ибо Бог, будучи Сам греху не причастен, и нам желать оного не может, однако ж от Него зависит допускать на нас оные. Все наказания и бедствия, от заблуждений или злобы нашей происходящие, от Бога бывают, ибо Он допускает сие, дабы мы сносили терпеливо оные для приобретения добродетели, которую из того получить можно. 

Почему когда уже мы точно удостоверены, что Богу приятно, дабы мы всякие беды с охотою принимали, от чужих ли, или от собственных неправедных дел оные произойдут, и когда говорил, в защищение нашей нетерпеливости, что Бог не благоволит о злосчастии, то должны верить, что благоугодно Богу, чтобы мы оные сносили с терпением. 

Знай, что коль скоро Бог узрит в наших сердцах истинное желание и неусыпное старание в подвиге духовном, то тогда предлагает Он чашу горестей, гораздо больших, нежели прежние, и подает случаи труднейшие, дабы мы претерпели чрез некоторое известное время. Почему мы должны быть благодарны за Его благодеяния, рачительны о собственном благе и, с радостию оную чашу горестей приемля, пить ее без трепета. Ибо в сей чаше горестей уготовано врачевство десницею Того, Который обмануться никогда не может. Приобретение духовное тем бывает преизбыточнее, чем более заключает в себе горести. 

 

Глава тридцать девятая

О разных случаях, которые могут служить к приобретению навыка в одной какой-либо добродетели

 

Видели мы уже, как благоуспешно бывает упражнение в одной добродетели в одно время, нежели во многих вдруг, видели и то, как должно встречающиеся случаи соразмерять с тою добродетелию, о которой мы стараемся, хотя оные между собой будут различны. Теперь внемли, как сие лучшим образом в действо произвестъ можно. 

Случится с нами, например, что или похулят наши добрые дела, или станут на нас роптать, или в просьбе нашей, хотя и правильной, получим отказ, или не позволено будет нам то, что другим позволительно, или случится, что некоторые, не находя никакой причины, станут об нас худо думать, или представят нам досадные забавы, или представят худую пищу, или подадут причину к умалению здоровья, или причинят нам великое какое озлобление, — в таких случаях, хотя дела разных добродетелей могут быть произведены, однако, сверх того, мы, сохраняя вышеупомянутые установления, станем упражняться в таковых делах, которые бы приличествовали той добродетели, о которой мы в то время прилагаем старание. 

Например, ежели мы в то время совершаем подвиг терпения, то станем и производить такие дела, по которым бы мы могли оные сносить, увеселяя сердце, стесненное досадами, происходящими из тех случаев, дабы оное без всякого смущения их принимало. 

Ежели мы занимаемся добродетелию смирения, то во всякой противности думать о себе надобно, что мы достойны того наказания и заслуживаем оное. 

Ежели упражняемся в послушании, то неукоснительно и с радостию преклоним главы наши под руку Божию и предадимся Его воле, естьли Он того от нас требует. 

Ежели соблюдаем добродетель нищеты, то должны от себя отвергать всякие увеселения и забавы. 

Ежели стараемся о любви к ближнему, то поспешим оную доказывать на деле, от чистого сердца любя его как орудие и основание вожделениейшего блага; и Господа Бога возлюби от всего сердца твоего, Который тебя допустить до таковых досад и огорчений для упражнения нашего в них и духовной пользы. Из сказанного легко заключать можно и о прочих ежедневных приключениях; как-то при одном только приключении, например, в болезни или в других продолжительных бедах, можем всегда производить дела той добродетели, в которой тогда упражняемся. 

 

Глава сороковая

Овремени нашего упражнения в одной добродетели и о знаках, являющих наши успехи в духовном совершенствовании

 

Любезная дочь, нельзя определить времени, нужного для упражнения водной какой-либо добродетели, почему можно узнавать его из наружных обстоятельств и принадлежностей оных, из успехов в пути духовном и смотря на рассудок, яко вождя духовного. 

Но естьли мы прилежно станем наблюдать вышеупомянутые средства, то в краткое время чувствительным образом возымеет успех в духовном подвиге, когда при хладности сердца, помрачении ума, беда и отьятии духовных увеселений пребудем мужественны и тверды в упражнении добродетелей, то в духе можем ощутить, колико мы уже успели. 

Однако надобно беречься, чтобы никогда не заключать из того, когда мы не чувствуем в себе возбуждения страстей чрез долгое время и в разных случаях, будто мы уже достигли всех добродетелей и что мы уже одержали победу над своими страстями, ибо может до того довесть хитрость диавольская или собственная природа, которая удобопреклонна к заблуждениям и обманам. Почему нередко там злоба открывается, где ожидали добродетели. 

Посему, ежели желаем достигнуть совершенства, к которому призывает нас Бог, хотя бы мы и много в пути добродетелей потрудились, никогда не должно так думать, будто мы уже достигли пределов высочайшего совершенства. И потому должна ты, яко новый воин, вступить паки в подвиг свой так, как будто бы ты еще доселе ничего не сделала. Старайся утверждаться в добродетелях, не испытывая себя, много ли ты уже учинила, ибо испытывать сердца есть дело единого Бога. 

Он одним открывает их успехи, от других скрывает не для смирения их, но по причине гордости, могущей оттуда произойти. Сие творит Отец Небесный по любви своей к нам, одних предохраняет от опасности, чтобы в оную не повергнули себя, другим подает причину, чтобы лучше успевали в добродетелях и непременными пребывали в оной. 

Почему хотя душа наша и не имеет о том уверения, однако должно предпринятое упражнение с охотою совершать, потом можно будет узнать свой успех, естьли сие угодно будет Богу. 

 

Глава сорок первая

О том, что мы не должны желать свободы от тех огорчений, которые сносим с терпением

 

Первое. Что хотя в сие время по твоему желанию добродетель терпения от тебя не будет отнята, однако удобно приуготовить можешь себя к нетерпеливости. 

Второе. Положим, что терпение твое было бы несовершенно и заслуживало бы таковое награждение, каковое ты употребила время на то, а, не желая свободы и поступая по воле Божией, хотя бы только одну минуту или менее пострадал, получила бы ты такое награждение, как бы весьма долгое время служила Богу и тем весьма благоугодна был величеству Его. 

Почему ты должна иметь желания свои свободными и отдаленными от всех вещей, дабы всегда оные стремились с горячностию к истинной и единой твоей цели, то есть воле Божией; сим образом желания твои сохранишь добрыми и сама пребудешь спокойной и довольной во всяких приключениях и бедствиях. 

Без воли Высочайшего Господа ничто не бывает. Ведай, что когда ты чего-либо ищешь по воле Его, то все, чего бы ты себе ни желала, изобильно получишь. Однако не должно сего разуметь о грехах как своих, так и чужих, ибо Богу противны грехи, но только о угнетениях и наказаниях, которые произойти могут или от грехов, или от других причин. Положим, что угнетения и наказания толь покажутся тебе жестоки и несносны, что поразят сердце и истощат твое здравие. 

Се есть крест, за который Господь Бог друзьям своим являет милость и любовь. 

Терпеливо должны мы сносить всякие беды в надежде будущей славы, которою будем вознаграждены по прошествии печалей. Не ложный знак сего есть, что так Богу благоугодно, ибо во многих употребленных средствах так не сбылось, как нам желательно было, и те средства, чрез которые стараемся освободиться от печалей, должны признаны быть противными воле Божией, Который нам даровал оные, показав способы и средства к тому, чтобы мы их употребили согласно с волею Его, а не по наклонностям и прихотям своим, и не для того, чтобы мы были свободны от противностей без благоволения Божия. 

 

Глава сорок вторая

О средствах отражать диавола, когда он старается обмануть нас чрез неведение и неразличие

 

Коварный змнй, видя, что мы с сильными и хорошо расположенными желаниями прямо шествуем по пути добродетелей, когда он не может нас преклонить к своей воле явным обманом, то, преобразясь в светла ангела, всегда нас склоняет или приятными мыслями, или мнениями Священного Писания, или примерами святых, дабы мы безрассудно стремились к совершенству. 

А сие не для иного чего, как токмо, чтобы низвергнуть нас в пропасть. Возбуждает он к умерщвлению тела науками, постами, бдением и тому подобным, чтобы мы чрез то возмечтали, как некоторые думают, что они много делают хорошего, или подали причину к слабости здоровья и сделалися неспособными к произведению добрых дел, или чтобы, по излишеству трудов и по причине болезни противными себе представляя упражнения духовные, отвращались их и так, от времени до времени делаясь нерадивыми и ленивыми, обратились с большею охотою к забавам и увеселениям земным. Что случается со многими, которые по гордости духа своего, следуя пламени безрассудной ревности, победив мир довольными умерщвлениями, остановились на изобретениях своих и сделались посмеянием врагу. Верно, не постигло бы их сие, ежели бы придерживались того, что доселе сказано, и употребляли бы те же наказания и умерщвления благоразумно и с рассуждением по возможности всякого и природе. 

А те, которые не могут последовать строгому святых житию, должны употребить старание на показание себя в другом виде сообразными им, например желательно ли кому получить венец такой, который получили святые ради Имени Иисуса Христа за подвиги свои, тот принужденным себя найдет, презревши всю суету мира и самого себя, объять безмолвную и уединенную жизнь, быть пред всеми тихим и кротким, переносить великодушно озлобления, благотворить своим врагам и хранить, наконец, себя от всякого порока. 

Все таковые действия приятнее Богу, нежели материальное умерщвление, каковое ты должна соразмерно употреблять, чтобы после, когда нужда того потребует, мог что-либо к тому прибавить, нежели чтоб после что-либо оставлять ради помянутой опасности. 

Однако ж я не разумлю здесь того, чтоб ты следовал заблуждениям тех, которые являют токмо наружный вид своего благочестия, а в самом деле, ослеплены будучи лестию натуры, более всего любят собственное здравие, почему они бывают беспокойны и боязливы так, что и малейшее повреждение оного почитают за величайший вред, и ни о чем столько не пекутся, как о сохранении его. 

Они всегда стараются о пище, услаждающей более их вкус, нежели полезной для желудка, ибо сей нередко расслабляется от множества сладких и жирных кушаньев, и говорят: — Мы это делаем для того, чтоб можно было после в крепости сил своих охотнее служить Господу Богу, — но сим самым они к собственному вреду вооружают между собою непримиримых врагов, то есть плоть и духа. 

Поелику чрез таковой вымысел, производимый в действо без всякой нужды и против справедливости, истощевается телесное здравие и отьемлется расположение духа к благочестию. 

Почему средство умеренной жизни полезнее всех других для человека, когда оное сообразно с тем благоразумием, о котором выше сказано, то есть приемля во уважение обстоятельства естественных наклонностей и собственного преодоления. Поелику мы не можем все исполнять оных предписаний и равно упражняться в сих умерщвлениях. 

Не должно здесь прейти в молчании и того, что не только из наружных вещей, но и внутренних, получа добродетели, поступать должно умеренно, как уже объявлено, что добродетель самопроивольно (без принуждения) и постепенно должна производима быть. 

 

Глава сорок третья

О силе злой нашей склонности, побуждении диавольском, возжигающем нас к осуждению ближних наших, и как должно ее преодолевать

 

От несовершенства гордого нашего ума происходит дерзкое и безрассудное осуждение, которым наносим ближнему нашему обиду, происходящую из непочитания и презрения его. 

Сего греха начало и корень есть наша злая склонность и гордость, которыми оный хранится и питается. А что еще более, он совсем оттуда возникает и произрастает, управляя желанием, а потом довершая падение. Для того-то мы тем более тщеславимся гордым нашим умом, чем более других презираем, почитая себя гораздо отдаленными от тех несовершенств, которые видим в других. 

Но коварный враг, весьма ясно видя в нас сию безбожную склонность, непрестанно старается более еще открыть наши глаза и всегда содержать оные углубленными в рассматривание, испытание и преследование слабостей ближнего. 

Редко кто узнает неусыпное старание всегдашнего нашего врага о том, как бы на мысль нашу приводить и малые других недостатки, когда нельзя больших. 

А понеже душевный твой враг рачителен в нанесении тебе вреда, то и ты старайся всеми силами избегать его сетей. Следственно, естьли приметишь за ближним твоим какие пороки, то сколько возможно удержи мысль твою от того. А когда почувствуешь, что тебя порывает нечто к осуждению оного, то противоборствуй сему, рассудив прежде, что не дана тебе власть судить о том, чему подпал твой ближний по слабости своей, но, положим, что и должно бы тебе сие делать, однако ты бы праведно судить не мог, поелику ты, сама порабощена будучи неприличными страстьми, имеешь склонность противу справедливости худо судить о ближнем твоем. 

Довольным к сему врачевством служить может всегдашнее рассматривание собственной бедности и слабостей сердца твоего. Откуда ты узнаешь, что есть в тебе премногие недостатки, требующие прилежного исправления, и так не достанет тебе времени на рассматривание и осуждение чужих пороков. 

Сверх сего, буде станешь так, каклолжно, заниматься сим упражнением, то будь уверена, что гораздо больше очистишь сердечное твое око от тех зловредных паров, от которых происходит сия толь заразительная болезнь. 

Уверься в том, когда рассматриваешь недостатки твоего ближнего, что в твоем сердце кроется некоторая часть, а может быть и самый величайший корень, по внутреннему расположению привлекающий к себе всякую подобную себе вещь. Почему когда другие станут осуждать заблуждения и недостатки других, то ты, восшед в собственные дела и ощутив с горестью и собственные мерзости, обрати сей суд на себя тако: — Ах, сколь я мерзостна между смертными, что, погружаясь в самые величайшие преступления, закосневаю в них! должна ли я рассматривать и судить несравненно меньшие пороки других? — И так пущенные на других стрелы тебя поразят и, вдруг на тебя обратясь, доставят не ожидаемое врачевство ранам твоим. 

А когда падение ближнего твоего явно будет всем, то ты с соболезнованием помысли, что, хотя он и пал в такое прегрешение, однако, может быть, имеет внутрь сердца своего многие добродетели, и видно, что Господь Бог допускает его к такому греху для сохранения оных, и сие кратковременное падение произошло для того, чтобы чрез поношения людские и презрения их приобрел он плод смирения и сделался бы угодным Богу. 

Естьли учинен будет кем не токмо явный, но и весьма важный грех, являющий ожесточение сердца, то обратись к чудным судьбам Божиим, тогда узнаешь, что часто безбожники делались святыми и, напротив того, достигшие, по их мнению, высокой степени совершенства низверглись в пропасть адскую. 

Почему ты, храня себя в страхе Божии, занимайся сама собою и испытывай свои дела, но не приступай к разбиранию чужих, не касающихся до тебя. 

Будь притом уверена, что духовная радость, получаемая тобою из добродетелей ближнего твоего, происходит от Святого Духа, всякое же презрение, неправедное осуждение, отвращение сердца, оказываемое тобою к ближнему, проистекает от единственной нашей злости и поощрения диавольского. 

Почему ежели ты имеешь какое неправедное предрассуждение в сердце о ближнем твоем и его несовершенствах, то не оставляй его до тех пор, пока вовсе не истребишь в своем сердце. 

 

Глава сорок четвертая

О молитве

 

Любезная дочь! Сколь нужны для нас в сей духовной брани недоверенносгь к себе, твердое упование на Бога и упражнение в добродетелях, о чем до сих пор говоре но было, толь же, сверх того, необходима и молитва. 

Она есть четвертое из тех средств, чрез которые мы, употребляя их благоразумно, можем приобресть не только все то, о чем доселе сказано, но получим также все то, о чем только благом будем просить Бога. А поелику оная есть орудие и средство к приобретению всех благодеяний от Божеской благости и милосердия, яко от источника на нас изливаемых, то чрез нее, без сомнения, буде только станешь ее хорошо употреблять, предашь оружие в десницу Божию, Который Сам, вместо тебя, будет противуборствовать врагу. 

Для познания надлежащего употребления молитвы надлежит принять во уважение сии пункты: 

1.              Что должно тебе желание свое живо изображать, рассуждая о чудных Божиих свойствах: благости, всемогуществе, премудрости, красоте и прочих бесчисленных совершенствах Его, — по которым Он достоин всякой чести и служения. 

Притом рассуди, сколь много Сын Божий страдал, пребывая в подвигах чрез тридцать три лета для того, чтобы тем тебе подать помощь и показать средство к исцелению ран, напоенных ядом греха. Он исцелил их не елеем и не вином, но собственною святейшею Своею кровию, истекшею из пречистого Его тела, которое было биемо, тернием увенчаваемо и пригвождено. 

Рассуди и то, сколь нужно и полезно для нас сделалось оное Его благотворение, что мы чрез то, покорив самих себя, одержали победу над диаволом и явились достойны быть сынами Божиими. 

2.              Дабы в душе твоей пребывала несомненная надежда и упование на Бога, что Он готов тебе подать все то, чего бы ты только от Него ни просил нужного ко благоугождению Ему и собственному твоему избавлению. 

Сия святая надежда подобна такому сосуду, который наполняет Господь Бог сокровищами благостей Своих. Почему чем оный будет вместительнее, тем больше сокровищ может содержать в себе, и так молитва наша обратится к нам с изобилием. 

Ибо нелепо, чтобы Всеблагий Бог, пребывающий всегда неизменным, не мог соделать нас участниками благости Своей, ибо Он Сам изобразил, чтобы мы о сем Его просили, чего ради и обещал нам Духа Святого, ежели токмо с твердою надеждою будем Его просить. 

3.              Старайся не с другим каким намерением приступать к молитве, как только с тем, чтобы тебе узнать волю Божию, отвергнув свою собственную. Итак, просить ли тебе должно, или благодарить Его, то всегда исполняй сие чрез молитву, ибо Сам Бог так благоволит, и не желай, чтобы молитва в просимом тобою услышана была, — кроме того одного, что Ему благоугодно. Притом все намерения твои устремляй к тому, наблюдая и то, чтоб вся твоя воля во всем сообразна была воле Божией, а не инако, как то многие делывали продолжительные свои молитвы для того единственно, чтобы преклонить волю Божию к своей воле. 

Да будет тебе сей, а не другой образ моления. Поелику воля твоя, будучи ослеплена самолюбием, нередко тебя обманывает, заблуждает и не ведает всегда того, чего просит, а воля Божия обмануться в том не может. Почему она, яко совершенная, будучи владычицею всякой нашей воли, требует того, чтобы всякая воля, оставивши свой предмет, ей одной, яко главной, была подвластна и покорена. Следственно, мы должны всегда просить Бога о том, что с Его волею согласно, а когда ты о просимом чем сомневаешься, таково ли оно или нет, то в таком случае проси с тем ограничением, естьли сие благоугодно воле Божией. 

Но когда ты сии вещи верно узнаешь, что они Богу приятны, как то добродетели, то проси с тем единственно, чтобы ты мог воссылать благодарение безмерному Его Величеству и служить Ему единому, а не с другим каким намерением, хотя бы то было и в рассуждении чего-либо духовного. 

4.              Когда ты приступаешь к молитве, то должно тебе исполнять такие дела, которые бы были согласны с молитвою, по исполнении же оной, будь всегда готов ко принятию от Бога той милости, о которой ты Его просишь. Кроме того, упражнение в молитве должно быть неразлучно с упражнением и в побеждении самого себя, чтобы одно от другого имело надлежащую зависимость, ибо кто просит Бога о ниспослании какой добродетели, а не хочет в оной пребывать, тот, без сомнения, не имеет истинного уважения к Богу. 

5.              Началом твоего моления да будет благодарение сие или сему подобное: — Господи Боже мой, создавый и искупи вый меня по неизреченной Твоей благости и по безмерному милосердию избавляющий меня всегда от рук врагов моих, ускори на помощь мою! Смиренно молю Тебя, прости мне — не воспоминая учиненных мною злых, как то супротивления и неблагодарности во всякое время и на всяком месте. 

А ежели ты особенной какой милости от Бога просишь и не приемлет оной, чтобы тебе упражняться в сей добродетели, то не забудь благодарить Господа Бога за те блага, которые Он тебе дарует, поелику Он есть благ. 

6.              Понеже молитва наша получает крепость свою, по которой умолить можем Бога в желаемом нами, от особливой естественной Божией благости и милосердия и чрез заслуги и страдания Единородного Сына Его, по которым обещал Он не отвергать наших молений, то для того должно тебе наблюдать в молитве своей одно из се­го или и все пункты, например: — Господи Боже мой! Молю Тебя, ниспошли по неизреченному Твоему милосердию пребогатую Свою милость, да помогут мне в молении моем святейшие заслуги возлюбленного Твоего Сына и да исходатайствуют оные то, чего смиреннейше прошу, помяни, Господи, милосердие Твое и преклони милостивое Твое ухо к молению моему. 

Другой образ моления есть заслуги пренепорочные Владычицы нашей пречистой Девы Марии, Божией Матери, и других всех святых, которые сильны пред Богом, удостоены будучи высоких почестей за добродетельное на земли житие и прославление Бога. 

7.              Надобно пребывать в молении, поелику смиренное в нем пребывание удобно умилостивит Бога. По справедливости, ежели, как гласит Святое Евангелие, прошение вдовы неправедного судию преклонило к разрешению ее дела, то как оное Бога многомилостивого и всеблагого не может преклонить к смирению нашему? 

Почему, хотя по окончании молитвы и не услышит нас Бог и иногда явит противные знаки, однако, невзирая на то, пребывай всегда в молитве твоей с твердою надеждою, что Он тебя услышит и подаст тебе руку помощи, ибо Он в сем никогда не оскудевает и не умаляется из всего того ничто, что только касается к Его всещедрому даянию. 

Посему, естьли ты будешь молить Его, то, верно, получишь или то, чего просишь, или еще вящее и полезнейшее. 

К сему присовокуплю и то, что естьли тебе иногда покажется, что Бог не внемлет твоей молитве и отвергает ее, то ты тем больше себя укоряй, судя свои злодеяния и грехи, притом полагай великую надежду на Бога, ибо чем тверже и несомненнее будет твоя надежда на Него, когда ты многочисленными врагами твоими окружен, тем Богу благоприятнее будет. 

Наконец, приноси Богу жертву благодарения, ведая, сколь Он благ, премудр, и что благоугодно Ему было не принять твоего прошения, равно как и ниспослать то, чего ты от Него просил. Почему ты всегда должна пребывать в веселии сердца твоего во всяком состоянии, благополучии ли или злополучии, и препоручай себя со смирением всегда и во всяком случае Божиему Промыслу и Премудрости Его. 

 

Глава сорок пятая

О мысленном молении

 

Мысленно молиться есть возносить мысль свою к Богу, когда явно или тайно просим желаемого нами. 

Явная молитва наша есть, когда мы просим чрез слова, мысль нашу изображающие, например: — Господи Боже мой, даруй мне благоугодное Тебе и приличное к славословию Твоему, дабы я у Тебя искал сей милости и получил ее, да совершится на мне благолепие Твое! 

А когда враги тебя стужают, то молися сим образом: — Ускори, Господи, помощи ми, да возмогу одолети врагов моих! Или: — Призри благосердно, всемогущий Создателю, на удобопреклонность и слабость Твоего создания, которое Ты искупил бесценною Своею кровию! Избави меня из руки сильного! Или: — Пребудь со мною, Господи, и не укосни, Владыко, укрепить ослабевшие мои силы и изнеможение мое в сей брани! 

И доколе брань сия будет производиться, до тех пор ты неотступно пребывай в молении, противяся всегда мужественно и с бодростию врагам твоим. 

А когда уже жестокость сей брани приидет в бессилие, то ты, к Богу притекши, начни порицать как сражавшегося с тобою врага, так слабость и бессилие твое сими словами: — Се, Господи, создание Твое и дело рук Твоих, искупленное пречистою кровию Твоею! Се и враг Твой и мой, старающийся непрестанно пожрати меня — Твое создание! К Тебе, Владыко мой, прибегаю, в Тебе Едином полагаю всю мою надежду, яко Ты всесилен и милосерд. Ты зриши во мне склонность, хотящую добровольно предаться врагу моему, естьли Твое милосердие меня от того не избавит. Избави мя, о надежда моя и укрепление сердца и души моей! 

Тайная молитва есть то, когда мы, дабы испросить милость, пылаем внутренне к Богу, изображая и предлагая свою скудость без всяких слов, например, когда мы мыслию своею восходим ко Богу и исповедуем пред Ним слабость свою в том, что мы сами собою не в силах избавиться зла и благое творить, или когда мы на горняя возводим мысленные очи свои, воздыхая непрестанно, чающе оттоль помощи, то таковое желание может быть толь же сильно, как и самая молитва. 

Почему чем совершеннее будет таковое твое желание и непоколебимая надежда на Бога, тем удобнее можешь умилостивить Бога. 

Есть еше другой кратчайший способ мысленного моления, и оный состоит в едином возношении мыслей к Богу с тем, дабы Он ниспослал нам руку помощи. Таковая мысль не что иное будет, как тайное Богу напоминание, дабы Он взирал на желание и прошение наше. 

Старайся хорошо в памяти содержать сей способ моления и приучаться к частому употреблению оного. Ибо сие, как опыт научит тебя, есть такое оружие, которое на защищение себя удобно употреблять можешь во всякое время, на всяком месте и во всяких трудных обстоятельствах. 

 

Глава сорок шестая

О молитве чрез размышление

 

Любезная дочь! Можешь ты присовокупить к сей твоей молитве размышление о страдании Иисуса Христа, сообразуя с Его делами и заслугами ту добродетель, о которой ты имеешь попечение. Например: 

Ежели ты ищешь добродетели терпения, то возьми на размышление себе тайну страдания Христова. 

Рассудя: 

1.              Как Господь наш по дозволению Пилатову немилосердно терзаем был и от беззаконных воинов веден на место мучения. 

2.              Как Он от бесстудных и неистовых мучителей обнажен был, когда совлекли с Него ризы. Как пречистая плоть Его нага на поругание всем представлена была. 

3.              И как раны, данные на теле Его чрез повторенные мучения, возобновляемы и растравляемы были. 

Сие или подобное ты, представляя к утверждению себя в терпении, размышляй так, чтобы ты могла почувствовать в себе таковые болезни и страдания. 

Помысли благоговейно о терпении Его, которое Он имел в понесении с кротостию и незлобием толиких поруганий, желая более всегда терпеть для прославления Отца Своего Небесного и для избавления рода человеческого. Воззри на распятого Христа, благоволившего много терпеть в понесении твоих душевных болезней, Помысли, как Он молился Отцу Своему небесному, дабы ниспослать благодать тебе на понесение терпеливо Его креста, то есть того поругания, которое ты в тягость себе обращаешь. 

Склоняй всегда волю твою к терпеливому понесению бед. Благодари Бога за ниспослание на землю Единородного Его Сына на претерпение бед и ходатайствование о тебе. А притом проси Его, дабы Он ради заслуг и подвигов Сына Своего даровал тебе добродетель терпения. 

 

Глава сорок седьмая

О втором способе моления чрез размышления

 

Второй способ сей молитвы есть, которая происходит при воспоминании мучений Иисуса Христа и рассуждении о великом Его желании сносить беды и печали. 

Первее воспомяни заслуги Господа нашего Иисуса Христа. 

Потом неизреченную радость и славу, которую имел предвечный Отец от совершенного послушания пострадавшего Сына Своего. 

И сии размышления вознеся ко престолу величества Божия, моли, дабы Он ради сих заслуг Сына Своего, даровал тебе ту милость, которой ты от Него просишь. 

Таковое размышление приобретать можешь не только из тайны страдания Спасителя нашего, но из всякого Его деяния, как наружного, так и внутреннего. 

 

Глава сорок восьмая

О способе моления чрез Пресвятую Матерь Божию

 

Вознеси мысль твою горе к Предвечному Отцу, Единородному Его Сыну Иисусу Христу и к Деве Марии. 

По вознесении сердца своего к Богу сохрани две вещи: неизреченное Его удовольствие, которое Он имел прежде век в рассуждении Пресвятой Девы, когда Он, по всеведению Своему зрел ее прежде, нежели произвел в мир, и когда она уже на свете произошла, в рассуждении великих ее добродетелей. 

О сем Божием благоволении рассуждая, коснися мыслию твоею ко всем временам, обтеки все создания, даже и вечность, мыслию и приникни к Существу Самого Бога, где потом размышлять станешь о величайшей благости Его, почившей на Деве Марии, и, наконец, чрез сию благодать, обретенную Мариею у Бога, проси, да даст тебе крепость к преодолению врагов твоих, а особливо того греха, который в то время тебя теснит. 

Потом размышляй о знаменитейших добродетелях и подвигах Пренепорочной Девы Марии, величии оных пред Богом, или все вдруг, или некоторые из них только и проси, дабы Он по беспредельному Своему милосердию и для Ее преизящных добродетелей и заслуг даровал тебе просимое. 

Обратя потом мысль свою к Сыну ее, Иисусу Христу, приведи на память девическое то чрево, в котором Он находился девять месяцев, и то благоговение, с которым почтила сия возлюблен нейшая Матерь новорожденного Сына, когда, познав Его, воздала Ему честь и славу как истинному Богу и истинному человеку, так и истинному своему Сыну и Спасителю. О печальные очи Матери Его, которые взирали на Его стенания! Объятия ее, на которых носила Его, оные приятные целования, которыми Его чтила, матернее млеко, которым Его питала, труды и болезни ее, которые при смерти Его поражали сердце ее. Сих ради, или подобных сему, Матерних деяний, приятных возлюбнейшему Сыну, испросишь Его благодать. 

Наконец, обратись к Пренепорочной Деве Марии и возвеличь ее, сколь она почтенна от превечного Божия Промысла, когда избрана в Матерь Сыну Его пред всеми невестами, а за нас учинилась ходатайцею и предстательницею к Богу. 

Сего ради мы не можем обрести никого более, по Боге и Сыне Его, надежного пристанища и непреоборимой защиты, кроме ее единой. Ибо она по неложному обещанию своему не отвергнула ничьего прошения, простирающегося к ней с твердою надеждою, но всегда милостиво принимала и подавала помощь и защиту. 

Потом представь ей страсти Единородного Сына, претерпевавшего для избавления нашего, прося о исходатайствовании от Него тебе той милости, дабы Его болезни и страдания истребили в Тебе грех, за который страдал сей Искупитель наш. 

 

Глава сорок девятая

О некоторых размышлениях, помощию которых   мы можем прибегать с надеждою к матери Божией

 

Ежели ты прибегнешь с несомненною надеждою к Божией Матери по предписанным сим трем пунктам, то удобно достигнешь желаемого конца: 

1.              Подумай о том, что из опыта мы видим, как тот сосуд, в котором чрез малое время сохранялось какое-либо благоухание, долго содержит оный благовонный дух, а когда чрез долгое время помянутая воняв нем пребывает, тотем еще более и долговременнее испускает от себя оный приятный запах. Но ежели хотя малая часть самого вещества в нем еще останется, то гораздо более. Также когда человек находится близ сильного огня, то чрез долгое время действует в нем жар, хотя бы он и отдалился от огня. 

Несравненно более душа Пречистой Девы пламенеет огнем любви и милосердия к роду человеческому, когда она девять месяцев во чреве своем носила и неразлучно пребывала с Тем, Который Сам по Себе всегда без умаления преисполнен любви и милосердия, не так, как огнь или благоухание, которые недолговременны. Сим образом рассуждая тогда, разглагольствуй внутренне, в сердце твоем. Естьли тот, который находится близ огня, получает оного силу и естьли сосуд, сохранивший вонад благоухания, не скоро теряет дух оного, то сколь много получила Пресвятая Дева огня любви и вони милосердия! И кто может исчесть, коликой милости и даров помощи удостаиваются те грешники, из числа которых и я есмь, которые прибегают к Матери Божией! И сие тем более, чем чаще прибегают с твердою надеждою. 

2.              Содержи в мысли своей, что никто из человеческого рода так по воле Божией совершенно не поступал и толь много не угодил Сыну Божию Иисусу Христу, как сия пренепорочная Дева. Чего для Бог Слово, кроме излиянной Своей крови за грешников, показал нам Пречистую свою Матерь помощницею и ходатайцею к Богу, дабы она нам благопоспешествовала. Как же она пренебрежет сие намерение Сына своего и Бога нашего, чтоб нас, притекающих к ней, оставить? 

Сего ради прибегай ты к сей милосерднейшей Матери нашей Марии во всяких твоих нуждах с твердою надеждою, в ней наша надежда не тщетна, поелику она исходатайствовать может нам у Бога богатук» милость и оставление грехов. 

 

Глава пятидесятая

О способе размышления и молитвы чрез ангелов и святых

 

Любезная дочь! Дабы тебе узнать помощь и действие ангелов и избранных Божиих в молитве, то предлагаю тебе два средства: 

1.              Вознеси мысль твою к Предвечному Отцу и жертвуй Ему тою любовию, славою, и честию, которые воздают Ему все небесные жители. Представь себе труды, болезни и страдания, претерпенные на земле святыми по любви к Нему, Наконец, проси от Него, ради заслуг сих Его угодников того, что необходимо к твоему спасению. 

2.              Прибегни к силам небесным, как таковым, которые желают тебе не только совершенства, но и участия в небесных селениях, прося от них помощи, избавления от врагов твоих, а наипаче о том, чтобы не укоснили предстать на охранение тебя в час смерти твоей. Приведи на память себе и то, коликих почестей ангелы и святые удостоены от Бога, и, рассуждая о сем, воспламени в сердце своем к ним горячую любовь и радость для того самого, что они толь богатою милостию одарены от всещедрого Бога, ибо тебе должно увеселяться дарами, данными святым, как собственными своими, и всегда должно тебе более радоваться тому, что они удостоены таковой почести, а не ты, ибо угодно так было Богу, чтобы облагодетельствовать их таковыми дарами. Отсюда явствует, что естьли бы оные тебе даны были, то ты бы верно не мог их употребить так, как надлежит, посему бы оные могли быть причиною твоего зла. А когда святым даны, то сие им украшением, а тебе пользою быть может. 

Почитающие святых с надлежащею святостию и прибегающие с надеждою к ним, много получили даров и милостей как в духовных, так и в телесных нуждах. Кроме того, что оные обыкновенно научают нас Богомыслию и благоговейному молитвоприношению, истинно сказать, что ежели Господь Бог о святых толико благоволит, что чрез моление их ниспосылает людям всякие благодеяния, за то единственно, что они, будучи во плоти, во всем повиновалися Его воле, то, без сомнения, внемлет прошению тех из святых, которых Он более возлюбил. Господь Бог не отвергал никогда молений святого Иосифа, а благословенных Иоакима и Анну так возлюбил, что избрал их быть родителями пречистой Матери Своей. 

 

Глава пятьдесят первая

О рассматривании страданий Иисуса Христа и как много мы можем оттуда научиться состраданию

 

Любезная дочь! Что доселе мною сказано о страдании Господнем, то все способствует к размышлению и молению по оным примечаниям, теперь предложу способ, как удобнее приобресть другие Богоугодные чувствия из страдания Господня. Почему ежели желаешь рассуждать о распятии Иисуса Христа, то, кроме тех пунктов, можешь размышлять и о следующем. 

Во-первых.Как Христос, Господь всего мира, был обнажен от нечестивых иудеев на горе Голгофе и как немилосердо биемо было святейшее Его тело. 

Во-вторых.Как с святейшей главы Царя Царей снят был терновый венец и сколь многократно возобновляемы были Его язвы, когда паки возлагали оный на главу Его. 

В-третьих.Как Он был пригвожден к древу и напоен оцтом, смешенным с желчию. 

А когда уже по сим пунктам размышления возжелаешь ощутить благоговение и пламенную любовь ко Господу Иисусу Христу, то надобно тебе с одной мысли сего размышления поступать всегда к другой, из чего гораздо более познаешь беспредельную к тебе благость и милосердие Божие, а особливо, что Он благоволил пойти за тебя на вольное ужасное страдание. Посему чем больше возрастать будет в тебе таковое познание, тем вящую любовь возбудит в себе к Господу Богу. Познав же из сего высочайшую Его к тебе благость и милосердие, удобно возбудится в сердце твоем истинное сокрушение за то, что ты многократно оскорбила Бога, Который пострадал за беззакония твои. 

А чтобы утвердиться тебе в надежде, то рассуди, что всесильный и всеблагий Господь не для другой какой причины предал Себя на толь необыкновенные напасти, как только для того, чтобы, грех упразднив, избавить тебя от сетей вражих, то есть собственных твоих похотей, и чтобы, примирив тебя с Богом, учинить наследником вечного блаженства и твердую в тебя вселить на Его надежду, дабы ты могла иметь прибежище во всяких твоих нуждах. 

Чтобы ты могла возродить в себе ко грехам отвращение и ненависть, то все пункты, по которым станешь ты размышлять, так употребляй, чтобы тебе увериться, что Бог страдал для того токмо, чтобы представить тебе все твои злодеяния отвратительнейшими, а особливо те, которые в тебе владычествуют и противны величеству Божию. 

Чтобы ты возбудила в себе удивление, то рассуди, что может быть удивления достойнее, как зреть на Создателя всей твари, умученного от создания Своего, созерцать высочайшего Царя величество умаленно, красоту неба и земли обруган ну, милость Бога Отца презренну, неприступный, свет, темнотою помраченный, сокровище вечного блага, всякою подлостию униженно. 

И чтобы сострадать страдавшему Господу, то приступи ко внутренним Его болезням, которые раздирали душу Христа Господа. И когда сим жалом уязвлена будешь, то на наружные страсти взирай, и, верно, о болезнях внутренних Его рассуждая, прослезишься. 

Как никто из нас не может постигнуть великости милосердия сего, так равно нет никого, кто бы постигал, сколь трудны к понесению внутренние досады и болезни Господа. 

Кроме сего, должно знать, что Пресвятая Спасителева Душа, возлюбившая сильно род человеческий, безмерно страдала за всякий грех, — в особенности чрез который всяк имел быть вечно от Него отлучен, — за всякий смертный грех, исполненный уже или еще имеющий быть исполненным от людей, прежде живших или настоящих или будущих. И коликратно кто из них согрешах, столькратно отпа­дал от Души Иисуса Христа, с Которою мы обручены чрез благодать. 

Сие-то было для Него вящею болезнию, нежели самое отделение членов от своих составов, поелику душа, яко превосходнейшая, нежели тело вещественное, способнее к вящему страданию. 

Почему, ежели ты приступишь к разыскиванию причины сих болезней, которые претерпел распятый Избавитель наш, то не обретешь другой, кроме наших грехов. 

Из сказанного ясно, что тот истинно знает сострадать Иисусу Христу, Господу нашему, и Ему по должности благодарить, который чистосердечно раскаивается о соделанных им грехах и болезнует о том, что он прогневил Бога, и ратоборствует со злыми похотями для того, дабы совлекшись ветхого человека, облещился в нового — Иисуса Христа. 

 

Глава пятьдесят вторая

О пользе, которая может происходить от размышления о мучениях Христовых

 

Между прочими благами, которые ты можешь почерпать из размышления о страдании Иисуса Христа: 

Первым да будет тебе сожаление о грехах твоих и о том, что до сего в тебе еще гнездилося, и отвержение укрощенных всех 1ех страстей, которые распяли Господа. 

Вторым. Проси отпущения грехов своих и совершенного презрения к самой себе, дабы впредь не огорчать Его, но возлюбить и усердно служить Ему, чего ты не возможешь получить без вышеупомянутой ненависти к себе самому. 

Третьим. Мужественно и до окончания твоей жизни побеждай всякую и малейшую свою злую склонность. 

Четвертым. Старайся всеми силами подражать добродетелям Избавителя своего, Который страдал не для одного того, чтобы искупить нас и удовлетворить за неправды наши, но чтобы дать нам образ, да последуем стопам Его. 

Вот способ размышления, который ты употреблять можешь на тот конец. 

Ежели, например, желаешь учиниться подражателем Иисуса Христа, то сим или другим способом размышляй: 

1.              Как поступал во страдании Своем Иисус Христос в рассуждении Бога Отца. 

2.              Как Бог Отец в рассуждении Иисуса Христа. 

3.              Как Христос в рассуждении Себя и святейшей Своей плоти. 

4.              Как Христос Господь в рассуждении людей, 

5.              Что также и мы должны делать для Него. 

Рассуди первое, что Христос, взирая на Бога, пребывал в подвиге, когда Он зрел беспредельное Величество Его, до того смирися, кроме Божескому Его Величеству Существенной Славы, что Он сносил несносные поругания и укоризны для человека, от которого ничего не получил, кроме неверствия и неблагодарности. 

Потом размышляй, как Христос воздавал честь Божию Величеству, как Ему благодарил и жертвовал Самим Собою. Потом воззри на то, что Бог творил в Рассуждении Христа Господа, сколь сильно желает и возбуждает Он Его разными образы, дабы Он претерпел биения, поругания, соблазны, терния, гвозди и крест. Потом рассуди, как Он изображает благоволение о сем, видя Христа Господня, окруженна отовсюду множеством лжесвидетелей. 

А от сего обрати внимание свое к Душе Христа Господа и рассуди, как Он, понеже Душа Его чувствовала, сколь сие благоугодно Богу, чтобы ей для нас страдать, подая нам образ преданности воле Божией, добровольно предал Себя в руки сонму нечестивых людей и на волю духам тьмы. 

Здесь простри взор твой ко Иисусу Христу, глаголющему к тебе: — Се зришь, возлюбленный мои, колико Я стражду ради тебя и с какою радостию несу все сие единственно, да обрету твою ко Мне любовь? Се зришь, какой показую тебе образ терпения, терпя с удовольствием? Ради всех сих моих болезней напоминаю тебе: охотнее нести тот крест, к которому ты ныне приступаешь, или другой какой, возложенной на рамена твои свыше, чтобы ты не досталась в руки мучителям твоим, так бессильным и низким, как жестоким и свирепым, которых Я допустил вооружиться против чести твоей? О когда бы ты ведала, коликую радость получаю Я из сего! Ты довольно можешь узнать из принятых Мною ран, которые возлюбил Я как драгоценнейший дар для того, дабы Мне, любезнейшую всего, бедствующую душу твою приобресть. А ежели Я восхотел умереть ради тебя, то почто ты, возлюбленная, во угождение сердцу Моему не попускаешь себя на претерпение и малых бедствий, чтобы тем усладить раны Мои, к которым довела единственная твоя нетерпеливость? Ибо от сего большее чувствует поражение сердце Мое, нежели от самых точных ран. 

Внемли, кто вещает тебе: Царь Царей Христос, истинный Богочеловек. Представь глазам твоим толь жестокие Его мучения и поругания, каковых и величайший злодей никогда не заслуживал. 

Знай притом, что Господь твой, находясь в таковых болезнях, не только не стенает и с терпеливостию сносит оные, но еще и весьма радуется. Рассуди, что Он, наподобие огня, который, водою будучи орашаем, более испускает искры, чем больше страждет, тем больше возжигается к понесению жесточайших мук. Далее поступая, рассуждай, что все то терпел Господь наш не по принуждению, или должности какой, или корысти, но из единой любви Своей и для показания нам примера, чтобы и мы подвизались таким образом в добродетели терпения, А когда ты знаешь, что Христос сего желает и благоволит о нашем подвиге в добродетели терпения, то старайся возбудить в сердце своем охоту к сему, представляя себе, что ты не только терпение иметь, но с радостию и крест понесть го­това, который имеешь или еще иметь хощешь, подражая страждущему Господу. 

Потом рассуди поругания и уничтожения, которые претерпел Христос ради тебя, и, видя Его непреклонную твердость в понесении, постыдишься в своей терпеливости, которая в сравнении с терпением Христовым никакого подобия не имеет, равно как и болезни твои в сравнении с болезнями Его ничего не значат. Страшись, что ты ни единого знака той терпеливости не имеешь в себе, которая бы происходила из любви к Богу. 

Пригвожденный ко кресту, Господь есть книгою, которая предложена тебе для чтения. Отсюда можешь почерпать примеры всех добродетелей. Но как Он есть книга живота, то не только озарит ум твой истинным светом премудрости, но живым и действующим примером преклонит твою волю. 

Хотя свет наполнен книгами, однако ни едина так совершенно научить не может и показать средства к приобретению различных добродетелей, как размышление о страдании Христовом. И потому те, которые теряют много времени на размышление, мало внемлют терпению Христа Господа, а когда случится какая противность, то с нетерпеливостию сносят, как бы о том вовсе в молитве не думали. Таковые подобны воинам, стоящим в станах, которые много доказать о себе обещают, но как только неприятель наступит, то, устрашась и оставя оружие, бегут с сражения. Что быть может безрассуднее, как видеть мужественные подвиги Господа нашего и оными увеселяться, а по некотором времени вовсе их забывать, а особливо, когда нам встречается случай испытать оные наделе? 

 

Глава пятьдесят третья

О святейшем причащении

 

До сего я предлагал тебе четыре средства, которые нужны к низложению врагов твоих, представлял также некоторые предосторожности, по которым бы ты могла хорошо употребить оные средства, а ныне еще предлежит показать тебе новый способ оружия, то есть святейшую евхаристию (причащение) Божественного тела и крови. 

Ибо евхаристия как изяществом превосходнее всех прочих, так и употребление оной пред всеми оружиями важнее и сильнее, ибо помянутые четыре средства брани заимствуют всю силу из заслуг Христовых и благодати, которые истекли к нам от Его дражайшей крови. 

Ты имеешь ныне новое оружие — тело и кровь Христову, чрез Которые мы ратоборствуем с помощию Божиею со врагами нашими, ибо всяк, ядый Плоть Христа Спасителя и пияй кровь Его, вечно пребывает со Христом, и Христос сНимивНем. 

А понеже мы употреблять можем сие духовное оружие — святейшую евхаристию — двояким образом, то есть чрез таинство исповедания и причащения, для того и ты должна, сколько можно чрез исповедь приуготовя себя, всегда духовно оного желать.